NeWestMuseum
Musée d’art moderne occidental

Дега происходил из семьи банкира и получил классическое образование в одном из старейших учебных заведений Парижа — лицее Людовика Великого [Lycée Louis-le-Grand]. Отец поощрял склонность старшего сына к рисованию, ходил вместе с ним музеи и переоборудовал под его мастерскую одну из комнат дома. В 19 лет Дега стал студентом факультета права в Сорбонне, одновременно он посещал мастерскую Бариаcа [Barrias], а также копировал работы старых мастеров в Лувре и Национальной библиотеке [Bibliothèque Nationale]. Весной 1855 года Дега оставил университет и поступил в Школу изящных искусств в класс Луи Ламота [Louis Lamothe], ученика Доминика Энгра [Dominique Ingres]. 

Посетив однажды самого Энгра, Дега получил совет рисовать «много контуров, по памяти и с натуры».

После года занятий в Школе Дега уехал в Италию — приобщаться к классическому искусству. Он много путешествовал, вместе с Гюставом Моро посетил Сиену и Пизу (1859) и повсюду изучал фрески и картины мастеров Возрождения, выполняя их копии и делая собственные зарисовки, наброски фигур. Начатый им во Флоренции «Портрете семьи Беллелли» (1858–1867, музей Орсэ, Париж) — великое портретное произведение эпохи, отличающееся не только отточенным мастерством исполнения, но и глубиной психологического проникновения. 

Уже в ранний период художник, по его собственному замечанию, писал «портреты людей в естественных и типичных позах, обычно предоставляя им полную свободу как в выражении лица, так и в положении тела».

После продолжительного пребывания в Италии Дега осел в Париже. Увлеченный историческим жанром, он исполнил в 1860–1862 годах две стилистически разноплановые картины: большую и не лишенную романтического флера «Семирамиду на строительстве Вавилона» (музей Орсэ, Париж) и  «Юных спартанцев» (Национальная Галерея, Лондон) с персонажам Монмартра, пришедшими — в соответствии с общей логикой реалистического снижения — на смену классическим типам. В 1865 году Дега дебютировал в Салоне с историческим полотном «Эпизод средневековой войны» (музей Орсэ, Париж), демонстрирующим зрелое мастерство.

Вскоре, во время занятий копированием картин в Лувре, Дега познакомился с Эдуардом Мане и стал завсегдатаем кафе Гербуа [café Guerbois], где вместе с Эмилем Золя [Émile Zola], Клодом Моне, Огюстом Ренуаром, Альфредом Сислеем, Фредериком Базилем и другими активно участвовал в дискуссиях о дальнейшем развитии искусства.

Художник, по свидетельству критика Дюранти [Duranty], «редкого ума, поглощенный идеями», саркастически-насмешливый и аристократически изысканный, Дега формулировал собственные идеи в виде остроумных афоризмов. Скептически относясь к пленэрным пристрастиям своих друзей по кафе Гербуа («Изучение природы не имеет никакого значения, поскольку живопись — искусство условное»), он сосредоточивал внимание на передаче движения фигур, причем больше работал по памяти, считая, что «гораздо лучше рисовать то, чего больше не видишь <… >. Тогда происходит претворение увиденного, при котором воображение сотрудничает с памятью». Дега резко критиковал единомышленников за их стремление быть представленными в Салоне; сам он в последний раз отправил туда свои картины в 1870 году.

В начале 1870-х годов художник обратился к теме городского труда и досуга: в его рисунках и картинах появились образы прачек, гладильщиц, балетных танцовщиц и музыкантов. Во время Франко-прусской войны Дега служил в Национальной гвардии в осажденном Париже, а после ее окончания посетил Лондон (1871). Через год он снова отправился туда, чтобы представить две картины на выставке Общества французских художников, а затем отплыл с братом в Новый Орлеан (США), на родину матери. Написанная в конторе дяди, брокера хлопковой биржи, картина «Хлопковая контора в Новом Орлеане» (1873, Музей изобразительных искусств, По) стала первым произведением художника, приобретенным при его жизни государственным музеем Франции (1878).

Вернувшись в Париж весной 1873 года, Дега стал регулярно посещать танцевальные классы Парижской оперы, ипподром и другие места светского досуга, методично работая над передачей характера и ритма движущихся фигур. Выполнив немногочисленные наброски с натуры, художник затем в мастерской прорабатывал детали формы и освещения. «Я до сих пор не встречал человека, который бы умел лучше изображать современную жизнь, душу этой жизни», — отзывался о Дега Эдмон де Гонкур [Edmond de Goncourt] после посещения его мастерской (1873).

В феврале 1874 года в Неаполе умер отец Дега, оставив дела своего банка в запутанном состоянии. После безрезультатных поисков кредита Дега продал принадлежавшую ему коллекцию произведений старых мастеров; он был вынужден продавать и собственные картины, чего обычно избегал — отчасти из-за постоянного стремления к их доработке.

Весной 1874 года Дега выступил одним из организаторов первой выставки Анонимного общества художников, живописцев, скульпторов, граверов, хотя и отвергал наименование «импрессионисты», закрепившегося за членами группы, предпочитая называться «реалистом» или «независимым».

С середины 1870-х годов Дега все чаще обращался к технике пастели, используя такие приемы, как обработка паром слоев краски и др. Пастель позволяла ему не только разрабатывать один мотив в развернутых сериях, но также усиливать выразительность линии за счет цвета, достигать эффекта вибрирующего цветового пятна, превращая плоскость листа в сверкающую живописную ткань. Художник экспериментировал с комбинацией различных техник, работал в области монотипии, литографии и офорта, обращался к скульптуре.

Принимая деятельное участие в выставках импрессионистов, в 1882 году Дега отказался экспонироваться из солидарности со своими отстраненными последователями. Вместе с тем Дега возражал и против участия в этой выставке Моне и Ренуара, не порвавших с Салоном. Однако на «восьмую выставку картин», ставшую последним выступлением группы (1886), он снова представил свои работы, в том числе пастельную серию ню.

В 1880-е годы творческий авторитет Дега в парижской художественной жизни значительно вырос. Он продолжал изображать жокеев, танцовщиц, модисток, гладильщиц и прачек, а также обнаженных женщин в различные моменты совершения туалета. Художник был всецело поглощен передачей движений в их естественности и характерности, выбирая для этого оригинальные ракурсы и эффекты искусственного освещения.

В 1892 году в галерее Поля Дюран-Рюэля прошла первая персональная выставка Дега, где он показал серию монотипий, названных им «воображаемые пейзажи». 

В дальнейшем художник потерял интерес к тому, чтобы выставлять свои работы. Ряд картин Дега поступил в Люксембургский музей по завещанию Гюстава Кайботта [Gustave Caillebotte], рано умершего лидера импрессионистов (1894); несколько полотен было представлено на Всемирной выставке в Париже (1900).

Резкое ухудшение зрения в начале 1990-х годов заставило Дега отказаться от работы маслом и ограничиться рисунком и пастелью, требовавшими меньших физических усилий. Он по-прежнему писал танцовщиц и обнаженных — предмет, который изучил настолько глубоко, что работал, доверяясь исключительно памяти и интуиции («Голубые танцовщицы»).

В 1895 году Дега начал любительски заниматься фотографией и — в том, что касается композиции, — уверенно опережал профессионалов этого ремесла.

В последние два десятилетия жизни зрение Дега катастрофически ухудшилось. Он выполнил несколько выразительных портретных рисунков еще в 1905 году, но главным образом занимался «искусством слепых» (так называл он лепку из воска), воспроизводя те же образы, что привлекали его в живописи.